Режиссура Виталия Барковского в театральном пространстве Беларуси

Написал: Vika

Режиссура Виталия Барковского — особое, самостоятельное явление в театральном пространстве Беларуси. Его творчество лежит в русле эстетики постмодернизма, а поиски новых средств театральной выразительности позволяют назвать его режиссёром-экспериментатором.

В Национальный академический драматический театр им. Якуба Коласа в городе Витебске Виталий Барковский пришёл, имея за плечами огромный опыт экспериментальной работы в студийных театрах. Во второй половине 1980-х начале 1990-х годов это было совместное с Николаем Труханом руководство знаковым для Беларуси театром-студией «ДЗЕ-Я?», существовавшим наряду с десятком подобных экспериментальных студий. Затем собственная театральная мастерская «Акт», где В. Барковский выкристаллизовывал свою режиссёрскую манеру: отрицание сюжета, замедленность действия, мотивы сна и подсознания, эксперименты с ритмом и манерой речи, шокирующие костюмы, а точнее почти полное их отсутствие. Сетки, одетые на голое тело, стали своеобразной униформой актёров студии.

С таким творческим багажом в конце 1990-х годов пришёл Виталий Барковский в академический театр. Его новые постановки в Витебске не были столь жёсткими, как работы предыдущего, сугубо экспериментального периода. Неклассическими — да, странными — да, пронизанными тоской и иронией, овеянными художественно-поэтической атмосферой Витебска начала 1920-х годов — да. И город принял режиссёра, постепенно привыкая к совершенно новой для себя театральной форме: спектаклям, лишённым ярко выраженной сюжетной линии и героев-характеров-амплуа, художественная структура которых выстраивалась по принципу синтетического театра, с ярко выраженной пластической доминантой, где расположение фигур-персонажей, направление линий и диагоналей создавали определённый энергетический и смысловой посыл.

При новом главном режиссёре репертуар театра оставался достаточно разнообразным: от национального раритета начала 1940-х годов «Нестерка» до переломного для всего творческого коллектива спектакля «Шагал...Шагал», с принципиально новым для этого театра способом существования актёров на сцене. В нем В. Барковскому удалось добиться не только своеобразного погружения актёров в энергетическое поле спектакля, но и эффекта донасыщения и развития этого поля своим собственным, личностно-актёрским энергетическом зарядом. Белорусский театровед Т. Котович справедливо определяет эту работу и в целом режиссуру В. Барковского как «театр подсознания и театр ритуального действия». В 1999 году спектакль был удостоен Гран-при Эдинбургского фестиваля, впоследствии принимал участие и получил множество всевозможных наград театральных фестивалей в Беларуси, Польше, Украине и других европейских странах. Среди многочисленных постановок В. Барковского также можно отметить спектакль «Земля», созданный по мотивам произведений классика белорусской литературы Я. Коласа, где подтверждается манера режиссёра: использование пластики, как основной формы выразительности, уход от характерности к архетипичности, создание на сцене ритуальности, космичности действия. Интересна, насыщенная символами, постановка «Прикоснуться устами до небёс», по пьесе Т. Уильямса, которую Виталий Барковский вместе с актёрами театра репетировали по ночам на лестнице в главном фойе театра. Здесь и зародился главный символ спектакля: те самые ступеньки, по которым приходили и уходили, на которые взбирались и с которых падали герои постановки.

Режисёр Виталий Барковский — мастер создавать тонкие художественные произведения, опираясь при этом на лихо закрученные детективные истории, с любовными треугольниками и четырёхугольниками. В своём спектакле «Дневник поэта», поставленном в Республиканском театре белорусской драматургии, он не миновал ни того, ни другого, но... Как всегда Виталий Барковский сделал сюжетную канву спектакля фоном, на котором разворачиваются человеческие отношения и разоблачаются общественные нравы.

По форме постановка представляет собой две самостоятельные законченные части, обьединенные между собой личностью классика белорусской литературы поэта начала ХХ века Максима Богдановича. Первая часть — лирическая разворачивается в Старом Крыму летом 1915 года и расказывает о трепетной любви М. Богдановича к замужней женщине Клаве. Счастливом, потому что взаимном, и несчастном, потому что обреченном на расставание, первом сильном чувстве поэта. Вторая же часть решена в гротескно-комическом стиле. Действие происходит в наше время в редакции литературного журнала, которому на первые страницы номера не хватает какого-нибудь острого, пикантного материала. И вот тут появляется якобы интимный дневник М. Богдановича, где нравственно поэт предстает, мягко говоря, не с самой лучшей стороны.

Дневник Максима Богдановича — творческий вымысел драматурга Сергея Ковалёва, по пьесе которого и был поставлен спектакль. При этом, тема дневника хотя и лишена определённых реальных оснований, тем не менее давно стала источником всевозможных спекуляций и призрачных слухов. И В. Барковский в своей интерпретации этой части драматического действа балансирует на опасной грани. В спектакле тема эта раскрывается совсем не так прозаично, как могло бы быть, отдай режиссёр больше внимания сюжетным переплетениям, а не чувствам героев. Работники редакции показаны шаржированно, но типы узнаваемы: герой-любовник, офисная мышь, подслушивающая всех и всё, современная бизнес-вумен — все будто бы рассматриваются под прицелом жёского ироничого режиссёрского взгляда.

Среди этой карикатурности Петро, редактор журнала, вдруг начинает ощущать дуновение ветра, шум волн, блики солнца на своих пальцах и, как бы сам внутренне перевоплащаясь в поэта, убеждается — это не просто физиология, а настоящее чувство. И после финальной сцены, где главный герой Максим Багданович закрывает две половины ширмы, будто бы смывая остальных, что-то говорящих, но не слышимых, героев, остается туманное ощущение сна. Именно такой финал дает основание спектаклю пользоваться именем белорусского поэта, представляя постановку как творческую игру фантазии.

В «Дневнике поэта» ярко выраженны особенности, присущие режиссуре Виталия Барковского, частично использованы приёмы, найденые и испробаванные им в предыдущих постановках. Но художественная структура этого спектакля безусловно отмечена очередными поисками постановщика и имеет свою отличительную атмосферу поэтичности и природной гармонии в первой части и диссонируюшей изломанности, порою ненатуральнасти в другой. Большое колличество пауз и зон молчания заполняется немыми диалогами героев, чувствами, выраженными в хореографии. Пластика является одним из основных средств выразительности и выявления объемности отношений персонажей в спектакле. А манера неторопливости, растянутости речи создаёт ощущение погружения в другое измерение человеческого существования. Ассоциативность фоносферы, музыка и свет, рассыпаемый цветовыми бликами по белоснежным нитям резиновых шнуров, натянутых по вертикали и горизонтали сцены, придают постановке очарование поэтичности. В мизансценах же преобладают диоганальные и ломанные линии. Режиссёр, сохраняя законы симетрии, выстраивает героев то цепочкой, то кругом, прибегает к приёму вневербального выявления отношений между персонажами, тем самым направляя зрителя к восприятию их на уровне ассоциативной образности.

Концептуальность режиссуры В. Барковского не превращает актёра в спектакле в марионетку. Именно перед актерами режиссёр четко ставит задачу внутреннего наполнения заданной формы. Исполнитель главной роли в 1-ом составе Александр Марченко местами неуклюжий, с больным и грустным взглядом, его поэт сосредоточенно смотрит куда-то за пределы окружающего мира. Ломанность движений, неуверенность порывов показывает молодого человека, мир которого — грёзы и поэзия, непреспособленным к реальной жизни. Актёр точно обрисовал, тот образ поэта, который логично вытекает из драматургии и режиссёрской задачи, и во второй части именно Пётро, герой А. Марченко, был способен на подобный поступок. Одинокий, в желании отстоять честь поэта М. Богдановича, он решается на отмену публикации интимного дневника поэта, без разрешения на это главного редактора.

А вот Денис Паршин, исполнитель второго состава, был на более высокой эмоциональной ноте, играл страстно, горячо, взбудораженно. При этом ему нехватило целостного понимания роли, более детальной характеристики своего образа. От чего так и осталось непонятным: каким же был тот самый Максим Богданович?

И всё таки ощущалась некоторая растерянность и неподготовленность актёров перед предложенным способом сценического существования — это была первая работа трупы театра с Виталием Барковским. Для сравнения, вспомним труппу театра им. Якуба Коласа, где часть коллектива, постоянно работавшая с В. Барковским, понимающая и принимающая его искания, абсолютно органично существовала и воспринималась в самых, казалось бы, нелепых и провокационных сценах, предложенных режиссёром.

К сожалению, сегодня Виталий Барковкий работает вне Беларуси. Театр им. Якуба Коласа потерял талантливого, активного и неравнодушного руководителя, а театральное искусство республики самодостаточного и ищущего режиссёра. Словом, всё как в известной народной пословице: «Что имеем — не храним, потерявши — плачем».

Просмотров: 18942
Архив комментариев
...
Автор: belita, 19.11.2010
Из спектаклей Витебского театра видела в прошлые годы "Пьемонтского зверя" и "Правда хорошо,а счастье лучше". Оба произвели великолепное впечатление. Это было на голову выше наших столичных постановок того времени. И когда посмотрела талиповскую "Вассу", пришла в ужас от того,что стало с труппой. Как будто другой театр, другие актеры. Та же Окружная выглядела нелепо в парике и очках, да и играла ходульно. Что касается "Дневника поэта" в РТБД, то позволю себе с автором статьи не согласиться, потому что пластика, на которой построен спектакль, практически отсутствовала, "ужимки и прыжки" актеров пластикой даже с натяжкой нельзя было назвать. Актерам РТДБ надо учиться двигаться. Иноземцева что ли позвали бы, как Русский театр для постановки "Распутника". Хваленая Мархель в "Женщинах Бергмана" топает по сцене, простите, как лошадь, а ведь играет оперную диву. Впрочем,это уже не в тему...
Истинная правда
Автор: В.Б., 25.10.2010
Согласен на все 100 !!! Белорусских спектаклей мне довелось видеть достаточно много, но спектакли Барковского - это то, что не даёт мне сделать печальный вывод о всём белорусском театре. Мастер своего дела, Режиссёр с большой буквы и... очередная жертва "прожорливых" театральных деятелей, съевших талант не единожды. "Когда кухарка начинает управлять государством, в стране начинается голод". А Виталию Барковскому низкий поклон за его мастерство.
...
Автор: z polshi, 02.10.2010
super! ne magu pakul prachytac, ale zrablyu pry per6ai magchymasci.

busy